В первые годы двадцатого столетия Роберт Грейниер, простой рабочий, колесил по бескрайним просторам страны. Его профессии — лесоруб и путеец — редко позволяли ему вернуться в родные стены. День за днем, месяц за месяцем его жизнь проходила среди вековых сосен и бесконечных стальных путей. Топор в руках валил могучие деревья, а затем те же руки укладывали тяжелые шпалы, помогали возводить мосты через бурные реки.
Он наблюдал, как преображался мир вокруг. Глухие чащи отступали под натиском людей, а вместо звериных троп ложились ровные рельсы, соединяя прежде незнакомые города и веси. Но эта новая картина создавалась не магией, а тяжким трудом таких же, как он, людей. Роберт видел изнутри настоящую цену прогресса. Он делил с товарищами скудную похлебку у костра после изматывающей смены, слышал их тихие разговоры о семьях, оставленных за сотни верст. Рядом с ним трудились сезонные рабочие, приехавшие из дальних губерний в поисках заработка. Их судьбы, полные лишений и надежд, сплетались в общую историю — историю созидания, где за каждым построенным мостом стояли усталость, пот, а иногда и оборвавшиеся жизни.
Эти изменения, масштабные и необратимые, давались нелегко. Лесорубы рисковали под падающими стволами, путейцы в любую погоду работали на открытой местности. Заработок был непостоянным, быт — суровым. Грейниер понимал, что стремительный рывок вперед всей страны держится на плечах простых тружеников, чей ежедневный подвиг часто оставался незамеченным. Он стал немым свидетелем эпохи, где величие замыслов соседствовало с тяжелой реальностью обычного человека, вкладывающего в этот прогресс все свои силы.
